Намедни Наша эра
Новости О программе Мультимедиа Магазин DVD Смотреть онлайн Скачать все выпуски Гостевая Ссылки
Намедни - Историческая документалистика: развлечение или познание?
Е. АФАНАСЬЕВА – Добрый вечер. В эфире «Телехранитель» - программа о сути телевидения и тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии Елена Афанасьева. Каждое воскресенье мы говорим с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. Вот, напротив меня сидит персона, которая очень строго на меня смотрит сейчас. Здравствуйте, Леонид.

Л. ПАРФЕНОВ – Здравствуйте.

Е. АФАНАСЬЕВА – Это Леонид Парфенов. Я думаю, вы еще не отвыкли узнавать его по голосу. Говорить мы будем о его последнем проекте. Но это, скорее, повод, потому что, судя по вопросам, которые вы прислали на наш сайт в Интернете, интерес к его телевизионной ипостаси не ослабевает, хотя в последнее время он все чаще просит представлять себя в первую очередь главным редактором «Русского Ньюсуика», а уж потом телеведущим. Так, Леонид?

Л. ПАРФЕНОВ – Да, потому что там я работаю, что называется брутально, а тут я работаю, когда придется, когда удается.

Е. АФАНАСЬЕВА – Рабкором, как вы сказали у нас в прошлый раз, когда были в гостях вместе с Акуниным.

Л. ПАРФЕНОВ – Рабселькором можно сказать, поскольку не только в городах доводиться снимать, но очень много на сельской местности.

Е. АФАНАСЬЕВА – Тогда скорее военкором, потому что фильм был у вас о Турецкой войне, этот о Крымской.

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, да, тоже можно. Просто в нашей истории войны – это самые яркие события, в них и мир, и война – все вместе у нас соединяется. Война и мир, действительно.

Е. АФАНАСЬЕВА – Напомню наш пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». Вы можете уже задавать свои вопросы Леониду и участвовать как-то в обсуждении этой его работы и других, если это вам хочется сделать. Во второй части программы, как всегда, мы включим наш эфирный телефон, и будет большая викторина. В качестве приза будет сегодня журнал «Ньюсуик», поскольку последний его номер, который выйдет, будет в продаже завтра, с автографом главного редактора. И все-таки, почему Крымская война? Ведь думаю, что эту тему вас, если, наверное, в прошлом фильме о Турецкой войне было какое-то подозрение, что «Первый канал», который активно в тот момент раскручивал фильм «Турецкий гамбит», просил вас сделать эту работу о Турецкой войне, то тут, вероятно, вы выбрали тему сами.

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, да я ни вижу ничего зазорного в том, чтобы выбирать самому, или канал предлагает. Было 150-летие. Есть эта присказка «война в Крыму, все в дыму». Официальное все-таки название этого 4-х серийного фильма «Война в Крыму». Я предложил это Константину Эрнсту. А до этого мне сказали, поскольку в тот момент (дело в том, что война продолжалась год) и 150-ти летние годовщины французов и англичан, они отмечались прошлой осенью, и мне просто знакомые из Крыма сказали, что никто не снимает. Приезжают англичане, привозят кавалерию, устраивают повторение атак, а никто не снимает, потому что все заняты Януковичем и Ющенко, и нет никому дела. Я сначала стал снимать просто как уходящую натуру, потому что будет обидно, если не останется, а потом договорился о фильме. Вот, телевидение в этом случае живет такими датскими историями, вот есть дата, вот можно сделать. А дальше мне важнее как сделать, а не что. Я могу копать, могу закапывать. Ну, делал про это, мог бы делать про что-то другое, мог делать новости, мог бы делать не новости. Ну, делал старости – ничего страшного.

Е. АФАНАСЬЕВА – Новости делать не дают.

Л. ПАРФЕНОВ – Это не важно.

Е. АФАНАСЬЕВА – Разве?

Л. ПАРФЕНОВ – Это бывает так, бывает сяк.

Е. АФАНАСЬЕВА – Не важно с точки зрения вечности?

Л. ПАРФЕНОВ – Господи! Не телевидении всегда работаешь в условиях возможного и невозможного. Что-то невозможно технически, а что-то невозможно финансово. К этому, в общем, привыкаешь. Есть, конечно, некоторая досада по поводу того, что ты видишь, какая панорама новостная на телевидении, и понимаешь, что так делать, как приходится сейчас делать, я бы и не хотел, скорее всего, то есть не скорее всего, а точно не хотел бы. Поэтому чего тут жалеть.

Е. АФАНАСЬЕВА – Тут как раз есть… вчера в выпуске программы «Человек из телевизора» Ирину Петровскую заменяла Арина Бородина, телекритик «Коммерсанта» и как раз предварила нашу с вами сегодняшнюю встречу несколькими репликами. В частности, она сказала, что у Кирилла Позднякова стал выходить итоговый выпуск программы «Сегодня» по воскресеньям, там работает ваша намедневская бригада. Но мол, бригада та же, а суть совсем другая. Как вы оцениваете работу вашей бригады?

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, я предпочел бы не оценивать никак, поскольку вообще не хочу заниматься телекритикой, оставаясь до какой-то степени телепрактиком. Раз. Во-вторых, я никому не судья. Все работают в тех рамках, в тех возможностях, которые у них есть. Это не вина этих теледелателей, это скорее беда, что они оказались в этой ситуации. Увы, им ничего другого… А что вы им можете предложить? Ничего другого им предложить не можете. А у них это профессия.

Е. АФАНАСЬЕВА – Но еще другой поворот этого же вопроса. Аня из Москвы по Интернету задает такой вопрос: «Как вы оцениваете работу бывших коллег Пивоварова, Вацуевой, Панкратовой и Хрекова? Каковы, по-вашему, шансы Пивоварова получить ТЭФИ лучшего ведущего?»

Л. ПАРФЕНОВ – Не знаю я ни того, ни другого. Оценивать мне опять-таки тоже не хочется, потому что надо находиться в условиях, а они не свободны, это совершенно очевидно, в которых люди могут, что называется, отправлять свою профессию. То, что они сохраняют, по крайней мере, какие-то интонационные отличия от других, по крайней мере технически и на уровне форм, этот формат (извините за тавтологию) живет, ну и то, наверное, слава богу, по нынешний временам. Я никого не могу ждать, звать к подвигу, на подвиг…

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы считаете, что в этой программе отличия остались только на уровне формы?

Л. ПАРФЕНОВ – По большей части, да. Но это не мало, кстати сказать. Новости везде одинаково выглядят. «ABC», «CBS» или «NBC» - новости выглядят примерно одинаково. Другое дело, что они весьма вольно подходят к чему угодно. Но вольность эта примерно одна и та же, и разница оказывается в форме, в стилистике, в подаче, в типе диалога с публикой. Так что в этом смысле отличия все равно такие. А в условиях, когда «Первый», «Второй» и НТВ, в общем, мало, чем отличаются по обязательному набору программ…

Е. АФАНАСЬЕВА – НТВ еще позволяет не ставить первой новостью президента.

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, да. Вот и все. Вот сами и решайте, значительное отличие или не значительное отличие. Я как понимаю, на другие отличия рассчитывать не приходится.

Е. АФАНАСЬЕВА – Давайте вернемся к фильму, который прошел на «Первом канале» некоторое время назад. Мы вас приглашали в эфир сразу после премьеры, но вы уезжали в Киев. По делам журнала, наверное, или что делать?

Л. ПАРФЕНОВ – И журнала, и по делам, связанным с тем, что в очередной раз очередной канал на Украине показывает ретроспективу моих фильмов. Это обычная такая практика записывать предисловия. Что называется, фиаско некоторое.

Е. АФАНАСЬЕВА – Просто в ту неделю было любопытно, три или четыре человека, ваших разных коллег телевизионных, которых звала в эфир, все почему-то отказались, потому что все почему-то уезжали в Киев.

Л. ПАРФЕНОВ – Да, в Киеве ходишь и все время встречаешь людей с разных каналов, которые там работают. В особенности людей (людей, которые работают в кадре немного), которые связаны с продюссингом и со всякими другими такими влиятельными, но внеэкранными профессиями. Их там полным-полно.

Е. АФАНАСЬЕВА – Спрашивает Людмила, почему нигде не упоминаются те историки, которые для вас достают материал?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, почему? Там есть наши консультанты, они в титрах указаны. Это все крымские, в основном, люди, некоторые англичане. Почему? Они указаны. Это не значит доставать материал. Мы пользуемся открытыми источниками, никакого материала мы не достаем. Нам важно консультироваться, потому что мы все-таки пытаемся рассказывать о бытовой части, ее рассказывают через людей. Книжки все-таки пишутся о тенденциях, о событиях. И нам важно проверить, а как там кто-то отправлял корреспонденцию из Крыма, а каким образом кто-то был аккредитован, а как потом: с повышением, с понижением уходили в отставку, какая там была полочка в иерархии севастопольских должностей, которые, например, занимал Нахимов. Одни говорят, что третью, другие – четвертую. В общем, у нас работа с консультантами. Это работа действительно консультационная, а не то, что они нам все рассказывают, что там было в Крымскую войну, а мы такие дурочки только и умеем в кадре и за кадром произносить.

Е. АФАНАСЬЕВА – Еще раз вернусь к вчерашней программе, где Арина Бородина и Ксения Ларина говорили об этом фильме, и Арина говорит, что там было огромное количество у вас цитат из Путина, Суркова и других политических деятелей современности. То есть вы даете такие аналогии с современностью, как говорили в пору, когда мы еще изучали марксистско-ленинские всякие основы журналистики, «обходя препоны и рогатки цензуры»?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, не совсем это так. Я просто использую в описании XIX века (мы так поступали всегда) формулировки сегодняшние. И тогда, и сейчас есть исполнительная вертикаль, и тогда, и сейчас есть администрация главы государства и т.д. Есть просто созвучные идеи.

Е. АФАНАСЬЕВА – И сейчас есть журналисты на войне и люди, которые считают, что на войне делается рейтинг на крови.

Л. ПАРФЕНОВ – Да, да, да, да. Это просто используют терминологию для того, чтобы понять. Понимаете, есть определение Ключевского, что «история – это то, что не проходит, как вечный урок». Если действительно есть ситуации, которые снова и снова проживаемы, и не изжиты до сих пор – вот оно, собственно, необходимое условие для того, чтобы история была живой. Это вопрос в особенности для телевидения, когда можно объяснить, а зачем тебе это сегодня слушать, смотреть, чего-то там вникать. Это просто правильный прием не то, чтобы осовременивания, а просто подчеркивания того, что все то же самое, просто тогда немножко по-другому называлось, но чуть-чуть измени терминологию, чуть-чуть докрути ее, и ты поймешь, что это про сегодня.

Е. АФАНАСЬЕВА – Но там вы увидели какое-то ощущение оттепели в обществе?

Л. ПАРФЕНОВ – Это было после. Как вы понимаете, тогда была исполнительная вертикаль – самая исполнительная и самая вертикальная из всех наших исполнительных вертикалей.

Е. АФАНАСЬЕВА – По аналогии с современностью.

Л. ПАРФЕНОВ – Я не говорю про аналогию с современностью, я говорю про то, как это было, и генералы действительно считались лучшими администраторами. И действительно была администрация главы государства, и ее нужно было ввести при Николае I, потому что управление было чрезвычайно централизовано, поэтому потребовалась собственная его императорского величества канцелярия, а до этого администрации главы государства в России не существовало.

Е. АФАНАСЬЕВА – Меня удивило, когда вы сидите в итальянском милом городке с человеком, который потомок Романовых. И это то, что всего два раза «пра» отделяет этого человека от Николая I, который для нас был человеком какой-то глубокой истории, так нас в детстве учили: цензор Пушкина, душитель свобод и прочее, и что это всего два раза «пра». Для меня это было личным таким глубоким удивлением.

Л. ПАРФЕНОВ – Мы все пытались так сделать, мы все пытались. Ведь очень важная вещь, что это не про нафталин, это не про то, что где-то там ненужное пылится в шкафу, и это достают, «ой, вы помните, это было 150 лет назад», и потом опять…

Е. АФАНАСЬЕВА – Причем этот человек сидит, настолько рассказывает вам, как будто он точно знает, что дедушка сделал, что сделал кто-то из его потомков.

Л. ПАРФЕНОВ – Потому что среди этих потомков, там действует прапраправнук лорда Раглана, например, и двоюродный прапраправнук лорда Кардигана, праправнук Льва Толстого, директор яснополянского музея Владимир Ильич Толстой. Мы в них во всех пытались найти… да, у них есть профессия, но есть у них еще такая профессия наследника по прямой. Они, в особенности Николай Романович Романов, он для всего мира один из важнейших толкователей николаевской России. В этом смысле она действительно жива в комнатке, которая гораздо меньше даже этой студии. Он сидит под его портретом, под портретом своего прапрадеда, и как он говорит, вооруженный «электронической почтой». «Слушайте, - говорит он (это же, конечно, калька с английского), - мы живем, когда есть век электронической почты». И вот, по «электронической почте» праправнук Николая I объясняет остальному миру эпоху своего предка, судя его, кстати, достаточно строго.

Е. АФАНАСЬЕВА – Скажите, вы, в общем, были человек, который здесь, в этой стране привил моду на «инфотейнмент». Я не раз наблюдала ваши горячие споры с Владимиром Владимировичем Познером, который доказывал, что информация – это информация, скрещивать ее с развлечением, даже если есть такой термин на Западе, сложно. То, что вы делаете в исторических проектах своих – это какой-то историкотейнмент.

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, я, во-первых, не люблю понятие «эта страна». Во-вторых, вообще не люблю всю эту терминологию. Я делаю так, чтобы это было интересно. Я считаю, что это задача, потому что иначе не удержишь просто публику у экрана, делать новости так, чтобы их смотрели, или про Крымскую войну, но так, чтобы это смотрели – вот это есть задача, это есть часть профессии. Я не понимаю, о чем тут можно спорить. Объяснять Крымскую войну как передел поделенного мира или обострение рынков Южной Европы, нарастание вывоза российской пшеницы через южные порты, которые сдерживалось контролем Англии над Босфором и Дарданеллами. Это невозможно. Это можно рассказывать только как человеческую историю. Телевидение является не наукой, не незнамо чем, оно является собственно телевидением, а значит должно быть интересным, иначе либо уйдут на другой канал, либо будут смотреть фильм, либо пойдут в кафе, либо отправятся на дискотеку.

Е. АФАНАСЬЕВА – Для вас это какая-то популяризация истории, развлечение населения более интеллектуальное, нежели…

Л. ПАРФЕНОВ – Да, развлечение населения. Аудиовизуальное обслуживание населения. Понимаете, если вы находитесь в контексте того, что человек может смотреть фильм или идти на дискотеку, вы должны быть увлекательными, вы должны быть интересны. Это просто профессиональное требование, я не вижу, о чем здесь спорить.

Е. АФАНАСЬЕВА – Юрий на пейджер прислал вопрос: «А вас не обижает или удивляет, что рейтинг вашего проекта оказался ниже, чем у «Аншлага» и «Кривого зеркала»?»

Л. ПАРФЕНОВ – Нет. Это ожидаемо, естественно. Ну, знаете, каждая собачка тявкает своим голосом и не должна стесняться того, что у нее такой голос, а у другой другой. Ну и что? Мамы всякие нужны.

Е. АФАНАСЬЕВА – Есть вопросы более колючие: «Уважаемый Леонид, нет ли у вас ощущения, что вас слишком много в кадре?» Или на пейджер Оз из Петербурга пишет: «Скажите, пожалуйста, не с вашей ли легкой руки сегодня на ТВ торжествуют журналисты, которые больше себя любят в кадре, чем кадр в себе?» Вот даже.

Л. ПАРФЕНОВ – Это неизбежный упрек всегда, потому что это в принципе довольно недемократичная профессии. В стране 145 миллионов человек, а ты один вылезаешь и чего-то такое говоришь про Крымскую войну. Ну, да. Может быть и такое мнение. Ради бога. Кто-то считает по-другому. Я надеюсь, что мне удается как-то избегать таких чрезмерностей. Может быть, не удается на чей-то вкус. Понимаете, это же такая штука-то гуманитарная, ничего тут взвесить нельзя. Это вопрос вкуса, меры, такта, стандарты этих категорий у каждого свои.

Е. АФАНАСЬЕВА – Очень много вопросов, можно ли купить «Крымскую войну» на DVD.

Л. ПАРФЕНОВ – Нет. Во-первых, называется «Война в Крыму». Во-вторых, нет, еще «Первый канал», по-моему, не продавал видео или DVD права. Или я не знаю, может, «Первый» будет выпускать сам, и вообще будет ли. Поэтому нет, пока не выходило как коммерческий тираж. Какое-то количество себе настрогали ребята, которые участвовали в проекте.

Е. АФАНАСЬЕВА – Понятно. «Скажите, - просит Александр Горбунов из Нижнего Тагила, - почему вы отклонили предложение СТС выпускать на нем программу «Намедни»?» Насколько я знаю, это не вы отклонили, а каналу не разрешили.

Л. ПАРФЕНОВ – Я не знаю, что там было доподлинно, свечку не держал, но не было никакого решения или идеи выпускать буквально «Намедни», обсуждался вариант некоей ежедневной линейки, но не получилось. Это не по моим…

Е. АФАНАСЬЕВА – Насколько я знаю, акционеры канала были вынуждены сходить в Кремль, просить дозволения, но не дали позволения.

Л. ПАРФЕНОВ – Я с ними не ходил, я не знаю, но в любом случае, нет тут греха на моей душе, я ни от чего не отказывался, я напротив все предлагал.

Е. АФАНАСЬЕВА – Тогда другой вопрос. Насколько я знаю, Владимир Владимирович Познер предлагал вам стать его Ильфом или Петровым, я уж не знаю, кто в этой паре был бы кто, он собирается снимать «Одноэтажную Америку». Он сказал, что вы отказались, но обещали подумать. Чем закончилась эта история?

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, я не знаю сейчас, как там получается или не получается этот фильм снимать, но в условиях, когда я сейчас работаю в журнале, у меня, конечно, нет возможности уезжать на несколько месяцев в Соединенные Штаты и предпринимать такое путешествие. Это заманчивая штука, но она требовала, чтобы я был телевизионщиком. Если бы я работал на телевидении, и это было в рабочем графике, то конечно, это можно было сделать. Но у меня нет возможности на телевидении работать штатно и таким образом решить, что я какое-то количество времени работаю на этом проекте.

Е. АФАНАСЬЕВА – То есть просто потому, что вы заняты в журнале постоянно.

Л. ПАРФЕНОВ – Да. У меня нет возможности выезжать. Если бы это было всецело телевизионное время, я бы его делил на разные телевизионные проекты. Но у меня нет, я не набираю портфеля такого телевизионных ангажементов, которые бы позволяли мне работать на телевидении, не набирал и не набираю сейчас.

Е. АФАНАСЬЕВА – То есть тогда звучит подтекст, что если бы вы набирали, не работали бы в журнале?

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, знаете ли, я пытался этот портфель набрать больше, чем полгода, прежде чем пошел работать в прессе.

Е. АФАНАСЬЕВА – «Меня зовут Мария Ивановна. Мне 71 год, - пишет наша слушательница, - Я выражаю свое восхищение талантом Леонида и как педагог высоко ценю исторический фильм, потому что нашу историю наши люди иначе не будут знать никогда». А Николай по Интернету спрашивает: «Вы в своих фильмах придерживаетесь официальной истории или учитываете иные мнение, или просто опускаете спорные моменты, как это было в «Намедни. Год 92»?»

Л. ПАРФЕНОВ – Я не помню, что там именно я опускал спорные моменты в «Намедни. Год 92». По-моему, нет никакой официальной истории сейчас, потому что все распалось. Власти не до того, чтобы тут еще и официальную историю. Но то, что как-то одной тенденцией строилось государство, этого точно не было. И такого советского отношения к такому планомерному построению сегодняшней страны я точно не придерживаюсь. Я делаю так, чтобы это было интересно и так, чтобы это было как-то свежо и нужно, и актуально для сегодня.

Е. АФАНАСЬЕВА – Семья Вербицкий поздравляет вас с присвоением звание «человек года». А мы прерываемся на новости. Это Леонид Парфенов. По поводу «человека года» он ответит нам после новостей.

НОВОСТИ

Е. АФАНАСЬЕВА – Мы продолжаем программу «Телехранитель». В студии Елена Афанасьева. В гостях Леонид Парфенов. Говорим мы сегодня не только о его проекте, который, как он нас несколько раз поправил, называется «Война в Крыму», но и вообще о телевидении, о других работах. Мы разговаривали с вами в перерыве, вы сказали, что не участвовали в заседании Академии телевидения, были заняты. А вообще то, что делает Телеакадемия, премия «ТЭФИ» вас еще интересует? Все-таки вы несколько со стороны сейчас не телевидение смотрите?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, интересует. Я, конечно, не могу отключиться, это было бы каким-то кокетством. Вот, меня там нет, и значит, ничего не интересно. Нет, интересует, почему.

Е. АФАНАСЬЕВА – В этом году (я просто два слова скажу слушателям) телеакадемики впервые будут голосовать несколько иначе. Два года назад они стали голосовать прямо в зале, а не досрочно, как это было раньше, когда заранее подсчитывала аудиторская компания результаты, но тайно голосовали. В этом году будут выбирать несколько раз группу по 12 таких голосователей, но они будут голосовать поименно, то есть чтобы все коллеги и общественность знали, кто за кого проголосовал. Как вам кажется, такой тип голосования сможет дать вашим коллегам уйти от навязших уже упреков в том, что есть корпоративность в голосовании, что влияют крупные каналы на результаты волеизъявления своих академиков? Будут ли от этого результаты ближе к какой-то телевизионной сути?

Л. ПАРФЕНОВ – Я надеюсь, потому что да, действительно были такие нарекания, раз они есть, значит что-то с этим надо делать. Во всяком случае, попробовать точно стоит. Я не знаю. Понимаете, есть встроенная проблема. Мы же понимаем, что общественно-политическое вещание на основных каналах, оно не вполне свободное, у нас очень сильное государственное телевидение, и не вполне общественное, да, уж точно. Поэтому в этих условиях какая там может быть телевизионная суть я не очень знаю. Избыточная открытость, по-моему, еще никому не вредила.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вот это мы посмотрим в ноябре. В этот раз ТЭФИ будет в ноябре. 203-19-22 – наш эфирный телефон. Вы можете задавать свои вопросы Леониду, не буду узурпировать общение, потому что телефон даже без объявления номера уже давно мигает, я только задам два вопроса нашей викторины, связанной с последним проектом Леонида «Война в Крыму». Два вопроса Леонид для вас предлагает. Первый. Сколько длилась оборона Севастополя, сколько дней? И второй вопрос. Как фамилия, имя военкора газеты «Таймс», о котором долго рассказывает в этом фильме Леонид, который в общем-то и открыл миру эту войну? Значит, фамилия военкора и сколько дней длилась осада обороны Севастополя. Если вы знаете эти ответы, пожалуйста, 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». Это пейджер. SMS ответы – 970-45-45. И как всегда, ответы по телефону мы примем без десяти шесть. Не путайте, пожалуйста, вопросы к Леониду, которые вы можете задавать сейчас и ответы на его вопросы, на которые вы можете ответить через 12 минут. В качестве приза последний номер журнала «Ньюсуик» с его автографом. 203-19-22. Пожалуйста, вы в эфире. Алло. Телефоны мигают, мигают, а только включишь, все срывается. Еще раз попробуем. 203-19-22. Пожалуйста. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Здравствуйте. Меня зовут Роман. Я хотел бы сказать, что ничего страшного, что Леонида отстранили от эфира, чернушников и без вас у нас не телевидении хватает.

Е. АФАНАСЬЕВА – Ой, как интересно, Роман. Тогда конкретнее, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Нет. У меня вопрос по поводу ваших двойных стандартов. Когда произошли события в Лондоне, вы очень высоко оценили работу «Би Би Си», английских телевизионщиков, дескать, не шокировали людей страшными сценами, уважали зрителя, но при этом в своей программе «Намедни» вы постоянно показывали чьи-то трупы и после Беслана, и «Норд-Оста». Где же вы говорите правду?

Л. ПАРФЕНОВ – Я не помню, чтобы я говорил, то есть точно не говорил, что мне нравится система показа на «Би Би Си» и вообще эти ограничения, которые введены, мне они представляются совершенно… Я полагаю, что правда о событиях, она важнее, чем больший или меньший шок. Если правда шокирующая, пусть она шокирует. Мне представляется, что если ничего не показываем, не даем, это все приводит к тому, что люди в результате не имеют представления о подлинном масштабе происходящего. Я никогда с похвалой об идее «давайте не показывать, давайте общим планом, давайте сообщать просто сводочку и больше ничего не будем», я никогда не был сторонником такого подхода.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Добрый вечер. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Могу вопрос задать?

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, вы в эфире, только представьтесь, будьте добры.

СЛУШАТЕЛЬ – Александр Владимирович. Я вспоминаю фильм о новейшей истории, назывался, если мне не изменяет память, «Наша эра». А не планируете ли вы обратиться к событиям «до нашей эры», образно говоря, до 61-го года и посмотреть в истоки советского общества? Было бы интересно, мне кажется.

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, нет, у меня нет сейчас для этого возможностей эфирных и каких бы то ни было еще. Я сейчас не собираюсь ничего затевать, никакой большой проект.

Е. АФАНАСЬЕВА – На пейджере другой вариант был: «Не собираетесь ли вы продлить «Намедни нашей эры. 2004 – 2005»?»

Л. ПАРФЕНОВ – Для кого, я не знаю. Если бы был кто-то, кому это нужно было в эфире…

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы имеете в виду канал-заказчик?

Л. ПАРФЕНОВ – Да, канал-вещатель.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Ваши вопросы Леониду Парфенову, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день. Мое имя Павел. Я просто хочу высказать свое восхищение Леонидом. Здорово вы делаете то, что вы делаете: и «Намедни», и вот эти фильмы ваши все. Просто удивительно! Все то, как вы на экране, как вы перед камерой, как вас камера в кадр помещает, то есть все движения…

Л. ПАРФЕНОВ – Спасибо. Извините, мне неловко просто, когда так говорят. Да, да, я слышу вас. Спасибо большое.

СЛУШАТЕЛЬ – Я не для того, чтобы хвалить, я просто действительно удивлен этими возможностями.

Л. ПАРФЕНОВ – Спасибо, мы старались. Но есть и другие мнения. Так что очень приятно, конечно.

Е. АФАНАСЬЕВА – Есть понятие Леонид, камера любит вас. Камера любит вас, как вы ощущаете?

Л. ПАРФЕНОВ – Этого я не знаю. Это вам судить.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нет, просто есть люди киногеничные, телегеничные. Есть телегеничные люди, которые не телевизионногеничны.

Л. ПАРФЕНОВ – Но я все-таки порядком продержался в эфире, видать, получалось.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы появлялись очень долго каждую неделю часто на экране, сейчас появляетесь довольно редко по сравнению с прошлым, на улицах реже стали узнавать, или не исчезло это?

Л. ПАРФЕНОВ – Не замечаю. Я как-то специально не слежу. Я особенно и не хожу по улицам с другой стороны.

Е. АФАНАСЬЕВА – А, понятно.

Л. ПАРФЕНОВ – Как-то до работы, с работы – и все.

Е. АФАНАСЬЕВА – Закрытая жизнь. 203-19-22. Добрый вечер. Алло. Нет, что-то там фонит. 203-19-22. Вы можете задавать свои вопросы Парфенову, пожалуйста. Алло. Да, замечательно. Придется мне общаться, потому что что-то телефон обрывается. Скажите, Леонид, насколько я знаю, ваша супруга была очень известным телевизионным критиком. Где-то в начале 90-х я с удовольствием читала ее статьи. Чем вызвано, что она перестала писать о телевидении, только тем, что вы работали в кадре долго и не давали ей возможности быть более объективной, или чем?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, не в этом дело. Это просто личные обстоятельства.

Е. АФАНАСЬЕВА – То есть у вас свой домашний телекритик только для вашего потребления.

Л. ПАРФЕНОВ – Да, нет, это тоже нет. Я не знаю, что мне тут сказать. Хотя, конечно, близкие и родные высказываются чаще жестче, чем, скажем, звонивший только что телезритель. Это очень важно, потому что они, в конце концов, желают добра. Слава богу, не кривят душой, не хвалят, когда не за что.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нет, одно дело человек просто близкий, а другое дело, когда человек занимался профессионально, умеет это делать не только как жена или семейный критик, но как профессионал.

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, да. Это, наверное, тоже есть. Мне не кажется, что для критики телевидения, извините, что я говорю это в вашем присутствии, нужен какой-то профессионализм. Мне кажется, что должна быть какая-то насмотренность и главное – понимание, какой это производит эффект.

Е. АФАНАСЬЕВА – А какой это производит эффект?

Л. ПАРФЕНОВ – Просто представление о том, чего добиваешься какими-то выразительными средствами. Мне самому по ремеслу важнее всего в «Войне в Крыму» стишки, которые читались, баллада Теннисона, которая кстати была откопана Владимиром Владимировичем Познером, которому я за это чрезвычайно признателен. Мы даже и не знали, что есть русский перевод «Атака русской кавалерии». И куплеты, которые приписываются Льву Толстому: «Как 4-го числа нас нелегкая несла», - я думаю, что и на публику, в конце концов, эти клипики в виде комментариев о событиях, они тоже более всего цепляют глаз. Критика как-то на это внимания не обратила. Поэтому тут я бы не разделял взгляд критика и взгляд зрителя. Взгляд зрителя все равно важнее.

Е. АФАНАСЬЕВА – Для взглядов зрителей есть рейтинги, они показывают количество смотревших, то есть массовость потребления того или иного продукта. В общем, есть какая-то другая оценка.

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, хорошо, пусть будет так, ладно.

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, нет, я не о том, чем занимаюсь я и мои коллеги многочисленные, а вообще. 203-19-22. Добрый день. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Можно поговорить…

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы уже в эфире, пожалуйста, представьтесь. И вопрос задавайте.

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Татьяна, я очень рада, что дозвонилась. Я хочу сказать, что я чувствую, вы скромный интеллигентный человек, и вам не очень, может быть, ловко слышать лестные отзывы о ваших передачах и о вас, но я хочу сказать, что вы совершенно изумительно вели «Намедни», и очень скучаю без этих передач, очень жаль, что закрыли эту передачу. Может быть, вы на «Эхо Москвы» могли бы вести какую-то передачу. Может быть, господин Венедиктов…

Е. АФАНАСЬЕВА – При мне лично, когда только Леонид ушел с телевидения, ему предлагал Венедиктов об этом подумать.

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Потому что очень бы хотелось, чтобы он…

Л. ПАРФЕНОВ – Спасибо вам за добрые слова. Мне это неловко слышать, когда такое говорят. Радио – это просто не совсем моя профессия или совсем не моя. Я никогда на радио не работал, и как-то не очень понимаю, как это делается.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вам не хватает картинки?

Л. ПАРФЕНОВ – Я не знаю, чего, может быть, и этого, наверное, действительно. Потому что, даже записываясь на «Нашем радио» (я там еженедельную программу веду), я, к сожалению, за весь сезон, что записывал там программу, лучше делать это не стал и руку как-то не набил. У меня это «не в коня корм». Не дается мне радио, и мне не хотелось бы делать то, что я заведомо не могу делать, по крайней мере, неплохо.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Вы в эфире. Добрый вечер. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Здравствуйте. Это Даниэлла из Москвы. Хотелось бы спросить у Леонида, а почему именно «Наше радио» было выбрано для проведения обзора журнала, чем это продиктовано?

Л. ПАРФЕНОВ – Это был выбор редакции, которая посчитала, видимо, с какими-то основаниями, что это наиболее совпадающая аудитория, потенциальная аудитория «Русского Ньюсуика». Я не знаю, это было редакционное решение, а не что-то другое. Инициатива исходила от редакции «Русского Ньюсуика».

Е. АФАНАСЬЕВА – По Интернету вопрос пришел из Дании от Ольги Якобсен: «Если вернуться в прошлое, уступили бы вы сюжет про Катар ради сохранения «Намедни»?»

Л. ПАРФЕНОВ – Вы знаете, мне кажется, что это вообще не вопрос этого сюжета или какого случая, не это бы, то что-то другое. Я, вы знаете, не то, что привык ни о чем не жалеть, мне кажется, что я поступал так, как нужно поступать. Я не понимаю новостей, которые «здесь белое, черное не берите, да и нет не говорите» - я этого не понимаю. Если человека убили, интервью берется у вдовы, это такое журналистское правило. Все остальное от лукавого.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Добрый вечер. Вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Это «Эхо Москвы», да?

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, вы в эфире. Представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ – Меня Павел зовут. Будьте любезны, я хотел сказать, что господин Парфенов сделал замечательный фильм о Крымской войне. Единственное, что мне не нравится, это не его вина, что показывали фильм в неудачное время.

Е. АФАНАСЬЕВА – По-моему, это вполне такое, «вечерний прайм» называется.

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, это было позднее время. Если бы его показывали, скажем, часов в десять, полдесятого…

Л. ПАРФЕНОВ – Павел, спасибо. Вы знаете, это действительно не от нас зависящее обстоятельство. Если у вас есть вопрос, то задайте. А так, спасибо за то, что смотрели и в столь позднее время.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Давайте еще мы примем ответы на ваши вопросы. Судя по пейджеру, все знают, сколько дней длилась оборона Севастополя, но никто не знает имя военкора. Давайте еще вопрос Леониду, и будем ваши ответы принимать. 203-19-22. Да, пожалуйста. Алло. Вы в эфире. Пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – «Эхо Москвы»?

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, да. Вы в прямом эфире. Представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ – У меня вопрос к Леониду Парфенову.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы в эфире, представьтесь, пожалуйста, и задавайте вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ – У меня такой вопрос. Леонида Парфенова обвиняют в какой-то поверхностности часто.

Е. АФАНАСЬЕВА – Кто обвиняет?

Л. ПАРФЕНОВ – Это не важно. Вопрос в чем? Я слушаю вас.

Е. АФАНАСЬЕВА – Ваш вопрос в чем?

Л. ПАРФЕНОВ – Как я к этому отношусь, очевидно. Бывает, обвиняют. Ну, так можно все телевидение обвинять, оно поверхностно, прости господи.

Е. АФАНАСЬЕВА – Массовое искусство. Уважаемые слушатели, сейчас мы примем ответы на два вопроса викторины. Пожалуйста, будьте внимательны, потому что мне каждый раз приходится выключать из эфира тех, кто хочет задать свой вопрос Леониду. Если мы быстро примем правильные ответы, еще вы успеете задать вопросы. Итак, напоминаю, Сколько дней длилась оборона Севастополя в Крымскую войну? И фамилия военкора газеты «Таймс», который впервые рассказал миру об этой войне. И Леонид много об этом говорил в фильме. 203-19-22. Сейчас мы принимаем только ответы на вопросы викторины. Если в них знаете, пожалуйста. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый вечер.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы в эфире. Вы ответы знаете?

СЛУШАТЕЛЬ – Война длилась 365 дней.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нет, близко, но нет, к сожалению. Еще раз попробуем. 203-19-22. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы знаете ответы на вопросы?

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Оборона Севастополя длилась 349 дней.

Е. АФАНАСЬЕВА – Да. 349 дней, абсолютно точно. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Вера.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вера, не кладите трубочку, сейчас запишут ваш телефон. «Ньюсуик» последний номер с автографом Парфенова вы получите. Вот, пришел от Игоря из Питера правильный ответ по поводу военкора. Сейчас, может быть, кто-то еще из слушателей знает. 203-19-22. Если вы знаете, как корреспондента «Таймс», пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы знаете ответ?

СЛУШАТЕЛЬ – Мне нужно вопрос задать.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нет, нет. Я вас предупреждала, если вы знаете ответ, как фамилия военкора «Таймс», пожалуйста, звоните 203-19-22. Если вы хотите Парфенову вопрос, подождите немножко, не дозванивайтесь. Алло. Еще раз пробую, если нет, то тогда уж с пейджера правильно. 203-19-22. Пожалуйста. Добрый вечер. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы знаете, как фамилия?

СЛУШАТЕЛЬ – Военкора звали Лев Николаевич Толстой.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нет, из газеты «Таймс». Еще раз пробуем. 203-19-22. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Я хотел бы ответить на вопрос.

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Мне кажется, что это Уильям Говард Рассел.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вот, видите, как точно. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Роман, город Пенза.

Е. АФАНАСЬЕВА – Нам как раз от Романа и на пейджер пришло. Не кладите трубочку, Роман, сейчас запишут ваш телефон.

Л. ПАРФЕНОВ – Итак, Роман из Пензы и тоже Роман из Петербурга.

Е. АФАНАСЬЕВА – Да, еще Роман из Петербурга знает, а больше как-то никто. Сейчас я назову, кто правильно еще ответил и получит журнал. Это Юрий, 486 начинается его телефон, Саша (675), Вера (369), Вера (926283). Они получат «Ньюс Уик» с автографом Леонида, а у нас время еще задать несколько вопросов Леониду Парфенову. Скажите, Леонид, если бы вы сегодня выходили в эфир телепрограммы, хотя, конечно, условное наклонение – вещь странная, с чего бы вы начали сегодняшний выпуск этой недели.

Л. ПАРФЕНОВ – Знаете, я сегодня выходной, поэтому я не сидел на новостных.

Е. АФАНАСЬЕВА – Так ведь журнал редактировали.

Л. ПАРФЕНОВ – Ну, наверное, мне представляется самым важным попытки Козака (если говорить о внутренней политике) что-то делать с южными регионами, с кавказскими республиками, которые дотационны, но еще и коррумпированы, клановы и т.д. и, в общем, там тоже было такое «уступим демократии, зато получим стабильность». Но там теперь нет ни стабильности, ни демократии, так же как Кондолиза Райс прозрела по поводу Ближнего Востока, так мы, наконец, прозрели по поводу северо-кавказских автономий. А внешне – там и в Киргизии раскол, и то, как Ющенко выходит из кризиса, если говорить и о серьезных коалициях в ФРГ, которые все никак не сложатся. Да, есть разные вещи.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Еще есть у вас шанс задать несколько вопросов. Добрый вечер. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый день. Будьте любезны, а когда будет повторение? Я не смогла посмотреть.

Л. ПАРФЕНОВ – Я не знаю, будет ли повторение вообще, поэтому ничего вам не могу сказать. Это вопрос «Первого канала».

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Добрый вечер. Только приемник выключите сразу, а то ничего не слышно будет.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Здравствуйте. Николай меня зовут. У меня вопрос к Леониду. В последнее время очевидна тенденция, что кино у нас в стране все лучше и лучше себя чувствует, но уже не возникает желание тут же уйти из комнаты, когда начинают какой-нибудь отечественный фильм показывать. У Леонида в его программах огромное внимание уделяется как раз монтажу и всяким режиссерским приемам. Не думал ли он попробовать себя в художественных проектах?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, А чего я там буду делать? Играть я не могу, драматургией я никогда не занимался.

Е. АФАНАСЬЕВА – Вы же озвучили одну фразу в «Турецком гамбите», о чем рассказали нам в феврале.

Л. ПАРФЕНОВ – Это было чуть больше, чем одна фраза. А то, что вы обратили внимание на наши ухищрения визуальные, спасибо, потому что это и есть работа для публики, поскольку сегодня ее взгляд все более и более изощренным становится. Слава богу, визуальная культура у нас в аудитории очень поднялась, особенно у аудитории молодой, то конечно хочется делать визуально модный продукт, чтобы экран смотрелся сегодня в сегодняшнем контексте для сегодняшней аудитории.

Е. АФАНАСЬЕВА – А где, на ваш взгляд, грань того, насколько можно использовать более игровые элементы в документальном кино? Потому что последнее время очень модная тенденция постановочных таких кадров, это называется, реконструкция событий какая-то, когда разыгрывают актеры, но это снято под документалку, иной раз не поймешь, то ли кадры нашли какие-то старые. Вот где эта грань?

Л. ПАРФЕНОВ – Да нет никакой грани. Нет никаких законов, возможно все. Дальше это вопрос вкуса, такта, меры опять-таки не только творцов, но и аудитории. Кому-то это кажется чрезмерным, а кто-то сочтет, что так и надо. Нет никакого единого закона. А то, что это стараются делать, да, потому что иконография не держит картинку, не держит кадр, невозможно показывать фотографии, гравюры сколь-либо долго в особенности на телевидении и, в особенности, на таком коммерческом канале, не на платном. Ну, да. Это такая штука, никуда от этого не деться. И чем далее, тем более заходят в этих реконструкциях, когда целиком реконструируется, когда под документальное или в старом понимании научно-популярное кино фактически снимается игровая картина.

Е. АФАНАСЬЕВА – А с вами работает какая-то старая команда, которая работала на проектах еще на НТВ, или это уже команда, которую канал вам дает?

Л. ПАРФЕНОВ – Нет, это не команда, которую канал дает, это приглашаются люди. Так или иначе, конечно, используются те наработки, приемы, достигнутые, которые были. Собственно говоря, очень хотелось именно в «Войне в Крыму» сделать некий следующий шаг после "Российской империи". Надеюсь, что в каких-то приемах ремесла и отчасти ведения, о чем я говорил, про эти стихи, например, и в сцеплении старой картинки с новой, там достигнуты какие-то результаты, там сделан шаг вперед.

Е. АФАНАСЬЕВА – 203-19-22. Еще успеем один или два вопроса принять. Да. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Я из Челябинска звоню. Я хочу сказать Леониду большое спасибо за фильм «Российская империя».

Л. ПАРФЕНОВ – Пожалуйста. Очень трогательно, когда человеку хочется дозвониться из Челябинска, сказать что-то хорошее.

Е. АФАНАСЬЕВА – Последний звонок принимаем. Добрый вечер. Алло. Молчат на том конце провода. Попробуем еще раз. 203-19-22. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Леонид, во-первых, огромное спасибо за все ваши исторические фильмы: и прежние, и теперешние. Это замечательно. И можно мне вам просто с упреком. Я преданный зритель новостей, мне кажется, что ваши бывшие коллеги и ученики, я бы сказала, разительно в лучшую сторону отличаются от ведущих других каналов и по стилю, и по содержанию, и по принципиальности и даже смелости. Я с этим вас поздравляю.

Л. ПАРФЕНОВ – Спасибо большое. Я надеюсь, раз вы так считаете, значит, так оно и есть. Я тут не критерий. Я знаю, что ребята стараются в предлагаемых условиях, в сегодняшних возможностях оставаться в профессии.

Е. АФАНАСЬЕВА – У Алексея Пивоварова есть шанс стать лучшим ведущим, конкурировать он будет с Машей Ситтель с канала «Россия» и с ведущим, которого не видят в России теперь, но это делает «Эхо ТВ», о чем я хочу сказать. Андрей Норкин номинирован тоже как лучший телеведущий программы «Сегодня в России». В гостях у нас был Леонид Парфенов. Леонид, какой следующий проект? Есть уже какой-то, над которым вы работаете?

Л. ПАРФЕНОВ – Очевидно, будем делать фильм с Людмилой Марковной Гурченко к ее юбилею, это в районе 10 – 12 ноября. Что-то между 10 и 15 будет эфир. Больше никаких особых конкретных.

Е. АФАНАСЬЕВА – Тоже «Первый канал», да?

Л. ПАРФЕНОВ – Да, для «Первого канала».

Е. АФАНАСЬЕВА – Это был Леонид Парфенов в программе «Телехранитель». Вела ее Елена Афанасьева. Всего доброго. До свидания.
Самая детальная информация согласовать перепланировку екатеринбург здесь.

 


| о программе | мультимедиа | магазин | гостевая | ссылки |